Книга, которую вы держите перед собой, по своей сути является масштабным учебным пособием, в котором представлены два подхода к сакральному. В отдельных моментах, зачастую относящихся к высшим этажам и вопросу соотнесения единства и множества, они друг друга дополняют, как игра света и теней создаёт объём картин и предметов. В то время как в отдельных частностях и конкретных исторических примерах они могут порождать неснимаемый, практически онтологический дуализм.
В основе книги лежат три авторских лекционных курса, разработанных и прочитанных в 2019–2021 годах (общей длительностью 28 часов) и содержащих сотни схем, иллюстраций и фотографий. Для данной книги мы отобрали и использовали самые лучшие, необходимые и наглядные иллюстрирующие структуры сакрального схемы. Также тексты лекций были переработаны, отточены и согласованы с нашими другими и поздними книгами.
Сами циклы лекций стали результатом более чем десятилетнего исследовательского, теоретического, полемического и ангажированного практического опыта автора в среде последователей современного язычества, а также многочисленных диалогов с представителями различных религий и конфессий, традиционных течений и философских школ.
Книга состоит из трех взаимосвязанных разделов, каждый из которых представляет свою ступень сложности и глубину погружения в темы.
Пособие открывают краткие очерки по теологии, в своё время адресованные как образовательный ликбез сообществу последователей современного язычества. В данном труде «Очеркам» отведена роль лаконичного введения, в котором предварительно описываются ключевые фундаментальные темы. Очерки завершаются перечнем необходимых и перспективных направлений для дальнейшей разработки и углубления. Многие из заявленных тем были детально рассмотрены и проработаны в рамках последовавших лекционных курсов и в других наших книгах.
Первый блок, касающийся непосредственно теории и структур сакрального, основан на одноимённом лекционном курсе «Человек и Священное». В его основе лежит классическое деление на сакральное и профанное, т.е. классический сакральный дуализм, или двайта, со всем присущим каскадом бинарных оппозиций. Хотя в отдельные моменты, связанные с космогонией и языком, мы старались проиллюстрировать границы этого дуализма и возможные выходы за его пределы. Этот раздел следует считать основным, так как последующий курс лекций опирается на него и некоторые темы более не затрагиваются. Также мы решили опустить часть повторяющихся иллюстраций и схематических блоков. В других случаях мы вновь будем возвращаться к ключевым структурам уже для того, чтобы расставить в них иные акценты, соответствующие подходу, который мы назвали трансгрессивным.
Замыкает пособие самый обширный и наглядный блок лекций о «трансгрессивном сакральном». Трансгрессия есть жест, обращённый на предел и его преодоление. Значительную роль здесь играет принцип недвойственности, или адвайты. В фокусе внимания этого курса — самые сложные метафизические вопросы и другая нестандартная интерпретация традиций, жёстко завязанная именно на текущие метафизические условия, понимаемые в строго эсхатологических тонах. В мире цветов есть те, что раскрываются по весне, едва пробившись через последний снег; но есть и те, что ждут своего часа и условий гораздо дольше, уходя своим цветом в осень. В мире идей мы можем наблюдать тот же ритм, когда определённая интерпретация и прочтение традиционных мотивов обнаруживают себя и заявляют свои права только в конкретных негативных условиях конца времён. В случае с трансгрессивным сакральным мы сталкиваемся именно с такой ситуацией.
В основе этого раздела лежит курс лекций, изначально озаглавленный как «путь левой руки». По прошествии многих лет следует признать привязку нашей теории к этому ярлыку неудачной. Наш дискурс строится на других основаниях и существенно превосходит по степени сложности и метафизической глубине стереотипные западные эзотерические течения «левой руки». По сути они все являются вторичными производными всё того же европейского оккультизма и герметизма, обёрнутыми в новые языки изложения, готическую и кибер-культуру, эстетику эпатажа и китча рубежа XX–XXI веков. Они не имеют самостоятельных перспектив и ценности.
То прочтение, на котором мы настаиваем, корректнее всего описать как философско-теологическую и культурологическую теорию сакрального.
Тем не менее в курсе лекций проведена сквозная линия оппозиции «правое vs. левое», которая носит вспомогательный и методологический характер. Так как сама оппозиционность скорее свойственна правому полюсу, а условный левый тяготеет к снятию дуальностей и разрешается в адвайте и апофатике. Другие осевые бинарности этого курса суть хаос и космос, нечто и ничто.
Условный правый полюс, которому посвящены два первых раздела книги, тяготеет к исключению или вытеснению на периферию, в тень всего трансгрессивного. В то время как левый полюс инклюзивен, амбивалентен и функционирует по принципу «каждому своё». В определённой мере для этих двух парадигм сакрального справедливы характеристики конформистского и нонконформистского подходов соответственно.
Историческую диалектику этих двух парадигм можно описать через образ отца, который передаёт сыну традиционное ремесленное знание о том, как правильно строить деревянный сруб на своей земле, какие нужны жертвы, обычаи, инструменты, нюансы и т.д. Сын ставит сруб, потом учит своего сына, тот передаёт знание и умение уже своим сыновьям и внукам. Тем самым сохраняется и продолжается традиция. Но по прошествии многих сотен лет привычная земля под ногами заболачивается и возникают проблемы: нижние венцы дома отсыревают и гниют, дом пропитывается сыростью, стены начинают коситься и разъезжаться в разные стороны на мягкой почве. Никакая здоровая жизнь семьи в таком срубе более невозможна. И здесь перед мужем встает серьёзный вопрос: отойти и радикально переосмыслить заветы отцов — начать вбивать сваи и поднимать дом над землёй — либо вовсе сниматься с земель и уходить глубже в лес. С другой стороны, даже изменив внешний обычай постройки дома, обрамлённый в древности ритуалами и кровными жертвами, новый подход также сохраняет умысел построить дом и обжиться в нём, на земле и под небом вокруг него. При существенной или даже полной смене парадигмы ориентация остаётся неизменной, а вот продолжать «делать по-старому» вопреки очевидному тотальному ухудшению среды и условий — глупо.
Собственно, трансгрессивное сакральное и есть решение: сниматься ли с земли и идти дальше либо сменить строй мифопоэтики на другие сказы и жертвы (сменить строительные и архитектурные принципы строительства дома), чтобы продолжить своё бытие. Общий сакроцентризм остаётся неизменным, меняются оптика взора, стиль и содержание сказывания мифоса.
Как показывает опыт, несмотря на очевидную простоту, эта мысль является существенным камнем преткновения и водоразделом между двумя парадигмами.
В рамках лекционных курсов мы охватываем очень широкий веер традиций, религиозных и философских учений: от древней индоевропейской классики через Античность к средневековым даршанам Индии и далее к современной Европе и совсем новым прочтениям и реконструкциям. Со значительной частью современных авторов и идеологов, которые будут упомянуты в ходе нашего изложения, мы знакомы заочно или даже лично, что упрощает для нас доступ, понимание и последующее изложение их ключевых идей.
Некоторые темы и сюжеты могут показаться читателю слишком эзотерическими на контрасте с сугубо философской или теологической мыслью. И эти скептицизм и критика отчасти справедливы. Отсюда ещё одна задача нашего учебного пособия — поднятие уровня дискурса от наивной почвы к более высоким интеллектуальным уровням. И в том числе преодоление восприятия того же современного язычества как чего-то «эзотерического»; раскрытие его глубоких интеллектуальных оснований. А также разметка дальнейшего потенциала и ключевых направлений развития, чтобы современное язычество было не только одной из форм новых религиозных движений, но и превратилось в полноценную эпистему знания, парадигму мышления. В целом, именно так, как оно уже было в Античности и в Индии вплоть до наших дней, — с их широким набором сложнейших метафизических, теологических, философских и эстетических школ.
Но следует признать, что невозможно охватить каждую тему в её масштабе или совершить полное погружение в универсум конкретной традиции или философии. На каждую затронутую тему можно написать отдельные тома или даже серии книг. Поэтому наш культурологический и философский обзор неизбежно носит характер предварительного картирования, разметки и иллюстрации ведущих интенций.
На протяжении всей книги мы постарались сохранить живой язык лекций и снабдили их, помимо схем и иллюстраций, фотоматериалами из личного архива и путешествий автора.
В довершение мы предлагаем рассматривать эту книгу как приглашение к дальнейшей работе и развитию изложенных в ней тем, догадок, интенций и настроя.
Евгений Нечкасов
Весна 2025
