Мизантропия и альтруизм

Альтруизм — нравственный принцип, предписывающий бескорыстные действия, направленные на благо и удовлетворение интересов другого человека (людей). Как правило, используется для обозначения способности приносить свою выгоду в жертву ради общего блага.

Нравственное предопределение альтруизма естественно, так как он свойственен тем обществам, где нравы и мораль располагают к такому роду деятельности. Где эти нормы иные – там можно альтруизм и вовсе не встретить.

Бескорыстность действий подразумевает отсутствие выгоды в результате выполнения действий, во благо другого. Но разве не будет являться выгодой факт удовлетворения от выполненной работы? Бессознательно, но человек преследует цель получить чувство удовлетворения от результата и/или чувство удовольствия от процесса удовлетворения интересов другого человека*. Человек не может не осознавать позитивные эмоции, которые он испытывает от своей деятельности и, в последующие разы, сознательно или бессознательно этот акцент будет нарастать. Фактически, когда человек перестанет получать удовлетворение в результате своих «бескорыстных» действий, он перестанет их выполнять; проявляется граница альтруизма с прагматизмом. Так как подавляющая часть общества хотя бы раз в жизни сталкивалась с проявлением альтруизма в своей жизнедеятельности, то человек не мог не заметить чувства собственного удовлетворения, спроецировать свой опыт на других людей и сделать очевидный вывод о не бескорыстности этого действия. Зная это и продолжая декларировать данное выше определение, общество идет на молчаливый компромисс, умалчивая не бескорыстность альтруизма, и в то же время, создавая ему обратный образ. Каждый хочет казаться лучше, чем есть, даже если все знают, что это не так. Важен не ты сам, а твой образ. Это объясняет принятия определения альтруизма как аксиомы и давление на очевидные альтруистские порывы тех людей, чьи жизненные установки отличны от установок диктующего большинства (на деле – меньшинства и подчиняющегося большинства), как в лучшую, так и в худшую сторону (люмпены).

Альтруист действует во благо других людей. Какое понимание блага он вкладывает в свою деятельность? Решивший помочь алкоголику альтруист будет выглядеть в глазах объекта насильником, ведь он не хочет его угощать, а хочет разлучить его с объектом вожделения. В то время как альтруист сам себя видит не иначе, как спасителем, ведь он удаляет из жизни алкоголика то, что делает его жизнь несчастной и асоциальной, тут альтруист может позволить себе мысль, что он фактически спасает общество в лице алкоголика – непозволительное проявление эгоизма, не так ли? Но, альтруист этого не осознает и самовосхваление не является его целью, пока он не выйдет к границе своего принципа. Отсюда можно сделать вывод, что альтруист всегда руководствуется своими понятиями о Благе, Добре и Зле, которые, не всегда совпадают с аналогичными понятиями объекта действия. Как следствие, альтруистом может быть и человек, выступающий за легализацию эвтаназии, как гуманного акта помощи тяжело больным, и отсутствие его выгоды очевидно, или человек, выступающий за повышение социальных дотаций малоимущим, тут отсутствие выгоды тоже налицо (даже больше: бремя дотаций ляжет на его – налогоплательщика – плечи). Можно ли считать альтруистом человека, который бескорыстно совершил действия для удовлетворения интересов человека, которые лежали в криминальной сфере? Ведь, по сути, соблюдая свой принцип (пусть даже неосознанно), он совершил преступление, а преступление априори не несет пользы обществу, но несет пользу тому, чьи интересы он помог удовлетворить. Возникает моральная дилемма регулирования альтруистских позывов, которую решают общие морально-нравственные нормы общества, при условии не размытости оных.

Объект действия альтруиста – это человек, или люди. Тут все очевидно, альтруист может проявлять заботу, как об отдельном индивиде, так и о социальной группе или о человечестве в целом, это субъективный момент.

«Приношение своей выгоды в жертву ради общего блага» — этот момент также требует комментария. Как человек, помогая незнакомцу на улице, может нарушить свой распорядок и в итоге, например, потерять источник дохода, так и человек, который полагает себя в служение обществу (крайняя форма альтруизма) вообще лишает себя какой-либо адекватной личной жизни, принося её в жертву людям. Не стоит забывать, что чем большим человек жертвует, тем больше удовольствия он желает получить/получает в итоге, в зависимости от результата своей деятельности. Альтруизм – корыстен на естественном, психологическом, уровне.

Рассмотрим вышесказанное на сравнении двух людей с диаметрально-противоположными, на первый взгляд, мировоззрениями, возьмем приверженца нацисткой идеологии и  убежденного христианина (речь идет о католической и протестантской версии христианства).

Действия нациста мотивированы желанием лучшей доли своей нации (этносу-народу), он декларирует светлый образ человека своего народа. Его действия бескорыстны, за исключением минимального фактора психологической корысти, описанного выше, направлены на улучшение условий существования и создания созидательного посыла в будущее, грубо говоря – подача примера другим, что бы расширить количество субъектов действия, для качественного перехода деятельности. Опять же, без деятельности ради количества, но ради качества, обязательного через количество; качество во благо той группы, которую он определил как ту, ради которой он жертвует своими интересами. Особенно это актуально сейчас, когда представители правых политических течений добровольно встают в вынужденную оппозицию обществу, не приемлющему такие установки, фактически они жертвуют почти всеми связями с обществом, ради общества же. Общество, в ответ, создает давящую среду для таких людей, невольно формируя у них чувство мизантропии и толкая их на радикальные, сопряженные с насилием, действия, которые остаются в том же ключе поставленных целей. Этот пример ярко иллюстрирует тезис: «Мизантропия как проявление и следствие альтруизма», который мы рассмотрим позже. Нацист отдает себе отчет в сложности поставленной задачи и понимает, что он, скорее всего, не увидит плодов своего жертвования, что лучший мир достанется его потомкам, что отметает возможную корысть в отношении жизни в стадии «потом, после». Этот момент признавали даже лидеры Третьего Рейха, включая Гитлера, и открытым текстом заявляли, что лучшее время застанут их потомки, себя они клали на алтарь борьбы ради будущего, осознавая, что ничего не получат при жизни.

Действия христианина, возьмем общий термин, как и с нацизмом, не вдаваясь в частности учений протестантов, католиков, православных и иных сект, аналогично мотивированы желанием мира во всем мире, всеобщей любви и Рая после смерти. Но идут ли альтруистские действия христианина от души, без задней мысли? Смысл жизни христианина – прожить свою жизнь свято, искупить своими действиями первородный грех и попасть в рай. Это – чистейшая корысть. Фактически, христианин мало заинтересован в жизни здесь – на бездушной «твари-земле» (цитата по Библии), его цель лежит в попадании, как  можно простом и скорейшем, в иной мир, в Рай. Альтруизм же христиан вытекает из обязательных условий попадания в Рай, эти условия можно с легкостью найти в Библии: нагорная проповедь, заповеди блаженных, декалог. Ярчайшим примером будет фраза: «Возлюби ближнего своего». И христианин делает волевое усилие, чтобы как минимум создать себе иллюзию любви к ближнему своему, чтобы потом архангел Михаил не упрекнул его перед вратами Рая. Под благом христианин понимает свое существование с Богом, после смерти, весь его «альтруизм» — чистейшая корысть, это можно проследить, побывав в храмах и оценив уровень соответствия писаному в Библии и реальному, прочитать в глазах людей.

Данные примеры иллюстрируют явление альтруизма, как субъективного понятия, которое умышленно(?) декларируют объективным для всего человечества, принуждая к исполнению альтруистских позывов в либерально-христианских рамках. Мы же видим, что приверженец фашизма** является истинным альтруистом, нежели представитель христианства, рамки которого зажимают альтруистское действие, и в то же время, сами закладывают в него корыстные, эгоистические мотивы.

Филантроп — человек, занимающийся благотворительностью в помощь нуждающимся. Альтруизм и филантропия идут рука об руку, но не взаимообязательны. Как мизантропии противопоставляют филантропию, так и альтруизму противопоставляют эгоизм (его мы не будем касаться), поэтому рассмотрим это подробнее.

Филантропия — человеколюбие, забота об улучшении участи человечества. Из первой части мы знаем, что забота об улучшении участи человечества равно свойственна и стереотипному мизантропу и, на первый взгляд, приверженцам абсолютно противоположных радикальных взглядов, более того, они зачастую имеют более бескорыстные мотивы и высшие цели, нежели «классические» альтруисты.

Разве Гитлер не проявлял заботы об улучшении участи своего народа (помним о субъективном определении состава объекта действия)? Еще как желал. Не желает ли Далай-лама того же? Желает. Известный мизантроп Фридрих Ницше разве не желал лучшей доли человечеству, например, в своем труде «Как говорил Заратустра»? Желал. Выходит, понятие филантропии невозможно объективно и универсально трактовать, как и сходное с ним понятие альтруизма. Филантропия – это, приоритетно, бескорыстное действие во благо людей, общества, но на этой ниве находят себе пристанище те, кто создает себе образ, кто признается себе и отдает отчет в корысти своей деятельности, но вывешивает маску альтруизма и заботы об окружающих. Бескорыстные поступки невозможны, но возможны ширмы, такие, как филантропия. Филантропия – позитивно оцениваемая обществом деятельность, филантропы пользуются позитивным вниманием и неформальными (иногда и формальными) санкциями в свой адрес, что не может не формировать чувство собственной элитарности, тешить эго субъекта, вытесняя бескорыстность, если она вообще была, заменяя её тем удовольствием, которое приходит в результате своей филантропической деятельности.

«Филантропы, увлекаясь благотворительностью, теряют всякое человеколюбие» Оскар Уайльд.

«Чистая филантропия очень хороша, но филантропия плюс пять процентов годовых — еще лучше» Сесил Родс.



* здесь и далее под человеком-объектом действия будем понимать: человека, группу, общество, человечество; за исключением частных примеров. – Прим. Автора.

** Фашизм – как идеологема. – Прим. Автора.